Что происходит с ценами на сырое молоко в 2026 году

 

В новом  обзоре Milknews аналитики пишут: в  декабре 2025 года цены на сырое молоко в среднем по РФ упали до 45,5 руб./кг, тогда как в конце 2024 года в некоторых регионах молоко продавали по 65 руб./кг. К концу января 2026 года оптовые цены снизились до 33–36 руб./кг, тогда как ещё в октябре 2025 года они были на уровне 44-45 руб./кг. В отдельных субъектах цены опускались ниже 30 руб./кг.

 

Региональный разрез: где цены упали сильнее всего

Ценовая коррекция затронула все субъекты РФ, но с разной интенсивностью. В 16 регионах, на долю которых приходится 34% товарного производства в сельхозорганизациях, снижение цен превысило 20% в годовом выражении. Среди них — Воронежская, Калужская, Саратовская области, Республика Татарстан и другие. В Алтайском крае цены начали снижаться ещё с ноября прошлого года и опустились с 40 руб./кг до 33–29 руб./кг к началу февраля. В Удмуртии закупочные цены на сырое молоко сократились более чем на 20% за последний год: если в 2025 году цена составляла в среднем 45 руб./кг, то сейчас — 35 руб./кг. С начала 2026 года цена упала ещё на 8%. Похожая ситуация в Татарстане, где средняя цена опустилась с примерно 46 до 33 руб./кг. В Чувашии по состоянию на 1 февраля средняя цена на молоко из ЛПХ упала до 22,9 руб./кг. В Краснодарском крае и Республике Адыгея средневзвешенная стоимость сырого молока по состоянию на 14 апреля 2026 года составила 38,12 руб./кг (без НДС). Несмотря на то, что этот показатель на 1,07 руб./кг выше среднероссийского (37,05 руб./кг), годовое падение цен в регионе достигло около 14%.

 

Председатель племзавода-колхоза имени 50-летия СССР и племенного колхоза «Аврора» (Вологодская область) Владимир Жильцов отмечает, что на его предприятиях цены упали на 7 и 7,6 руб./кг соответственно, что в процентном отношении составляет около 20%. По его расчётам, ежемесячно каждое предприятие недополучает порядка 31 млн руб. только на разнице в цене, а за квартал потери достигают 90–95 млн руб. В Калининградской области, как отмечает председатель Совета директоров АПХ «Залесье» Андрей Романов, цена снизилась с 45 до 42 руб./кг за физический вес без НДС.

Ключевые факторы, сформировавшие текущую ситуацию.

Перепроизводство и рекордные запасы. В 2025 году в стране было произведено 27 млн т товарного молока — прирост порядка 2,5%. Замглавы Минсельхоза РФ Роман Некрасов заявил, что реализация государственных программ позволила достичь исторического максимума в производстве сырого молока — 34,25 млн т в 2025 году. Совокупные запасы молочной продукции на складах перерабатывающих предприятий к началу мая 2026 года составили 1,85 млн т в молочном эквиваленте — на 14% выше уровня того же периода 2025 года и на 33% выше среднего пятилетнего значения. Директор центра компетенций в АПК «Рексофт Консалтинг» Андрей Кучеров добавляет, что на начало мая на складах было на 17% больше нераспроданных сыров, чем годом ранее, а остатки масла выросли на 23%, несмотря на сокращение объёмов его выпуска.

Инвестиционный лаг. Партнёр по развитию бизнеса Neo Альбина Корягина связывает увеличение производства молока с инвестиционным лагом: новые проекты на молочном рынке активно закладывались в 2020–2024 годах и сейчас вышли на проектную мощность. Это привело к росту предложения, которое наложилось на сдерживание розничных цен.

Импортное давление и курс рубля. Дополнительное давление на внутренний рынок оказывает укрепление рубля, которое снижает доходность экспорта и усиливает конкуренцию с импортной продукцией. Заместитель директора СХП «Копорье» (Ленинградская область) Эдуард Губанов отмечает: «Экспорт встал — 72 рубля за доллар, это просто анекдот. По моим расчётам, минимум 100 рублей должно быть, чтобы экспорт хоть в какой-то степени ожил». Он также связывает кризис с ростом поставок более дешёвой белорусской продукции: «Белорусы со своей продукцией и ценами… Это нельзя назвать демпингом, но в России таких цен не может быть, в Беларуси совсем другой уровень господдержки».

Переоценённость полки. Эдуард Губанов указывает на ещё один важный фактор: «В моём понимании, были вздёрнуты слишком высоко конечные цены для потребителя. Полка переоценена, человек не готов платить столько за молочку. Вологодское масло я видел в "Перекрёстке" — 349 рублей пачка. Кто может себе это позволить? Сыры — меньше тысячи за килограмм их нет».

Высокие ставки ЦБ. «Ключевой фактор снижения — охлаждение спроса на молочную продукцию, а в глобальном смысле — охлаждение всей российской экономики благодаря высоким ставкам ЦБ», — подчёркивает Белов председатель  «Союзмолоко».

 

Рост стоимости кормов оказывает повышательное давление: растительные шроты и жмыхи в апреле подорожали на 4%, комбикорма для КРС — на 1,8%, фуражное зерно — на 4,7%, дизельное топливо — на 0,5%. Владимир Жильцов подтверждает: «Себестоимость тоже возросла, пусть и не так значительно». Андрей Романов оценивает рост расходов по итогам первого квартала примерно в 5%.

 

Заместитель директора агрофирмы «Судромская» (Архангельская область) Сергей Павлов обращает внимание на удорожание удобрений: «В 2026 году выросли цены на удобрения: в прошлом году мы их покупали по 18 рублей за килограмм, в этом — по 28 рублей».

«Анонсированное повышение ставок по льготным краткосрочным и инвестиционным кредитам будет оказывать дополнительное влияние на рост затрат сельхозтоваропроизводителей в ближайшие месяцы», — отмечают в Союзмолоко.

 

В результате разрыв между ценой и себестоимостью продолжает расти. Владимир Жильцов отмечает, что рентабельность с учётом субсидий составляет по одному предприятию 22%, по другому — 31%, однако выручка осталась на уровне прошлого года только за счёт значительного увеличения реализации. Цена сырого молока в апреле оказалась на 17,3% ниже уровня апреля 2025 года, тогда как операционная себестоимость за тот же период выросла на 1,2% (по данным индекса RMCI). По оценке Альбины Корягиной, рентабельность молочного бизнеса за год сократилась с 37% до 19%.

Чем грозит отрасли длительное падение цен

Затянувшаяся ценовая коррекция уже начинает оказывать серьёзное влияние на отрасль. К примеру, в Татарстане, крупнейшем производителе молока в России, сельхозпредприятия потеряли в первом квартале 2026 года около 1,5 млрд руб. из-за снижения закупочных цен на молоко. А генеральный директор Южного молочного союза Константин Синецкий отмечает, что производство сливочного масла стало невыгодным.

«В связи с возникновением новых обстоятельств и изменением спроса на отечественную молочную продукцию в сторону снижения, а также продолжающейся экспансией на российский внутренний рынок импортного сливочного и сухого молока, молочных компонентов и готовых молочных продуктов в молочной отрасли сложилась непростая ситуация с чрезмерным накоплением складских остатков и связанным с этим переизбытком молока-сырья. По состоянию на сегодняшний день производство сливочного масла фактически убыточно», — говорит Синецкий.

Поголовье коров в хозяйствах всех категорий к началу мая 2026 года сократилось на 4,2% относительно того же периода 2025 года и составило 6,96 млн голов. В сельхозорганизациях поголовье снизилось за год на 1,8% (минус 54 тыс. голов, до 2,94 млн голов). По словам Белова( «Союзмолоко»), поголовье сокращается быстрее обычного.

 

Эдуард Губанов рисует ещё более мрачную картину: «Закупочная цена упала на 15 рублей — это катастрофическое падение. Убытки сопоставимы с прибылью за целый год». Он предупреждает: «Если это продлится ещё и лето (а скорее всего, так и будет), то начнётся поголовное сокращение стада у всех. Я думаю, оно уже идёт». По его словам, «такой ценой идёт отсечение продуктивности животноводства, отдельных групп поголовья, которые неэффективны при такой цене. Получается, треть стада ты содержишь просто так, для поддержания поголовья — это неэффективно».

Владимир Жильцов подтверждает: «Мы работаем с прибылью, но цифры, к сожалению, далеко не те, что были в прошлом году». Сергей Павлов отмечает: «Наша задача — продержаться, не уйти в убыток, не наращивать кредиторскую задолженность».

Директор дивизиона «Молоко» ГК «Прогресс Агро» Виктория Юрченко предупреждает: «Через определённое время сокращение поголовья приводит к нехватке сырья на рынке, а нехватка — к резкому росту цен, причём как на сырьё, так и на готовую продукцию на полке. То есть рынок проходит полный цикл: обвал, сокращение, дефицит, ценовой скачок. И в проигрыше оказываются все участники — от фермера до конечного потребителя».

Профессор Финансового университета при правительстве РФ, доктор экономических наук Сергей Толкачев отмечает, что низкая рентабельность и неопределённость делают отрасль менее привлекательной для инвесторов. «Небольшие фермы могут быть вынуждены уйти с рынка, что приведёт к его большей концентрации».

Инвестиционная привлекательность отрасли падает

Одним из наиболее тревожных сигналов стало резкое снижение инвестиционной активности. По данным Rusprofile, в январе–мае 2026 года в России зарегистрировано всего 109 новых компаний и индивидуальных предпринимателей, основной вид деятельности которых — выпуск молочной продукции. Год к году показатель упал на 45%. В «Контур.Фокусе» добавляют, что количество регистраций в молочном животноводстве снизилось на 23,5%, до 1 тыс. за январь–май. Число всех действующих в России структур, занятых в переработке и производстве молока, на 1 июня 2026 года составило 33,5 тыс. компаний, потеряв год к году 26,4%. Инвестиционная активность на молочном рынке падает быстрее, чем в пищевом производстве в целом: количество новых регистраций в агропищевом секторе снизилось на 14,2%.

Гендиректор «Союзмолока» Артем Белов связывает снижение инвестиционной активности, в частности, с ослаблением мер государственной поддержки и ростом стоимости заимствований. Несколько лет назад производители получали льготные кредиты по ставке 2–3% в год, сейчас — по 6,3–9,1%. Андрей Кучеров считает, что развиваются в основном крупные вертикально интегрированные компании. Однако даже в «Экониве», одной из таких компаний, признают, что были вынуждены поставить некоторые проекты на паузу из-за текущей конъюнктуры. Там отмечают, что для развития новых инвестиционных проектов в молочном животноводстве потребуются эффективные ставки по кредитам на уровне 5–6%. Альбина Корягина предупреждает: если цены продолжат снижение, а издержки расти, то к концу 2026 года рентабельность может опуститься ниже 15%.

 

Как производители адаптируются к кризису

 

Несмотря на тяжёлую ситуацию, предприятия находят способы сохранять эффективность. Владимир Жильцов подчёркивает: «Мы никогда ни при каких условиях не корректировали в сторону уменьшения рацион животных — здесь всё стабильно. Но в других расходах ужимаемся: если год-полтора назад мы могли больше позволить себе в плане обновления техники и модернизации, то сейчас подходим к этому тщательнее». При этом он отмечает: «Ничего замораживать не стали. Всё, что было начато, продолжаем строить. Замораживать объекты, готовые на 40–50%, было бы крайне не по-хозяйски».

Сергей Павлов делится опытом жёсткой экономии: «Пытаемся сэкономить на всём. Оптимизируем рацион питания, вводим более дешёвые компоненты… Пересматриваем штатную численность, экономим топливо и электроэнергию. Считаем буквально каждую копейку». По его словам, по итогам первого квартала удалось снизить себестоимость молока на 2 рубля: «Это очень много. Наша цель — к концу второго квартала снизить себестоимость ещё как минимум на 2 рубля». Экономия топлива достигается в том числе за счёт внедрения безотвальной обработки почвы и отключения двигателей на стоянках.

 

Прогнозы на будущее

 

В Союзмолоко ожидают, что ценовая коррекция замедлится, и в ближайшие один-два месяца ситуация начнёт стабилизироваться. Ключевыми факторами, которые должны этому способствовать, станут способность отработать накопленные запасы, рост потребления молочной продукции и активность экспортных поставок.

Вопрос: достигли ли мы дна? По ощущениям, март–апрель — это дно», — говорил эксперт на 22-м заседании «Молочных сессий».

 

При этом, по его словам, «поиск нового баланса на рынке продлится весь 2026 год». Дальнейшая динамика цен будет зависеть от целого комплекса условий, включая платёжеспособный спрос населения, курс национальной валюты, эффективность господдержки и общую экономическую конъюнктуру.

Базовый прогноз Белова ( Сюзмолоко»)  по итогам года: ноль прироста производства товарного молока, а по спросу — аккуратный рост на 1–2%, что означает лишь возврат к уровню 2024 года. «Надеюсь, что в 2026 году спрос будет постепенно восстанавливаться, но, скорее, это будет происходить ближе ко второму или, может быть, даже к третьему кварталу», — подчёркивает Белов.

 

Мнения производителей о сроках восстановления разнятся. Владимир Жильцов полагает, что «дно» уже достигнуто: «Сейчас все заводы уже успокоились, кроме одного, который продолжает снижать цену… Остальные больше не заикаются о снижении закупочных цен. Думаю, мы достигли дна». Однако, по его оценке, «в ближайший месяц ничего не выправится, такая ситуация продержится, наверное, до осени, до октября-ноября. Обычно надежда на третий квартал, но здесь, скорее, ближе к четвёртому».

Ольга Тунева более оптимистична: «Никто точно не знает, но я надеюсь, что к концу лета цена начнёт расти». Андрей Романов прогнозирует: «Начинается лето — период "большого молока". Мы ожидаем небольшого снижения цены. Надеемся на её рост начиная с четвёртого квартала текущего года при условии восстановления экспорта и внутреннего спроса».

Сергей Павлов напоминает о долгосрочных ориентирах: «Минсельхоз прогнозирует дефицит молока на рынке к 2030 году, тогда цены должны пойти вверх. Но до 2030 года далеко, сейчас загадывать нельзя». При этом он считает, что «дна по ценам мы уже достигли, куда ниже?».

Однако не все эксперты столь оптимистичны. Константин Синецкий считает, что «основное падение цен ещё впереди». «Всё это в будущем грозит обернуться ещё более значительным повышением цен на данную категорию социально значимой продукции — молоко и молочные продукты — и может стать основной предпосылкой для банкротства многих мелких переработчиков и фермеров», — прогнозирует эксперт.

По мнению главы Союзмолоко, отрасль находится в сложном, но естественном периоде корректировки. Основной задачей на ближайший квартал для всех участников рынка является адаптация к новым ценовым условиям и создание предпосылок для возвращения к сбалансированному росту в среднесрочной перспективе.

 

«Я думаю, что всё это в 2026 году будет способствовать тому, что рынок будет восстанавливаться, спрос будет серьёзно расти, и это будут предпосылки для устойчивого развития бизнеса. Поэтому ожидания 2026-го года таковы: мы рассчитываем на хорошую стабилизацию и дальнейший устойчивый рост», — резюмирует Белов.