Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 372
Menu

Чьи права защищает Колдин?

В каждом городе есть свои, как их в народе называют, «городские сумасшедшие». Так называют тех, кто вечно всем и всеми недоволен: пишет жалобы, выступает на митингах. Когда человек имеет собственное мнение, да при этом еще и может его высказать публично, безусловно, достойно уважения.

Но «городские сумасшедшие» - это люди особенные. Имена и фамилии этих людей в нашем городе хорошо известны. Писание жалоб и кляуз для них стало профессией. Нормальные люди уже давно к ним привыкли и не обращают на них внимания. Например, на то, когда они выступают на каких-либо общественных слушаниях.

Владимир Александрович Колдин наверняка не относит себя к «городским сумасшедшим», хотя иной из «городских сумасшедших» мог бы позавидовать плодовитости Колдина в написании всевозможных жалоб.

Напротив, Владимир Колдин, полагаем, относит себя к числу людей, которых называют правозащитниками.

Так ли это? Может ли бывший мент быть по определению правозащитником и защищать права людей? Известно, что служба в органах внутренних дел ломает психику, и выворачивает ее наизнанку. Как и любая профессия, служба в милиции (полиции) накладывает свой отпечаток на характер человека. Например, врачи люди в основном, достаточно циничные, потому что каждый день видят боль человеческую и привыкают к ней. А что милиционер? Как может защищать людей тот, кто совсем недавно их сажал и даже калечил морально и физически?

Многим известно, что Владимир Александрович Колдин, ныне полковник в отставке, служил начальником СОБРа в РУБОПе (специальный отряд быстрого реагирования в региональном управлении по борьбе с организованной преступностью).

Многим также, очень хорошо и доподлинно известно, чем именно занимались сотрудники этого подразделения в его подвалах и как там издевались над задержанными людьми, как их пытали.

Может ли человек, который руководил таким подразделением, называть себя правозащитником?

Владимир Колдин был одно время депутатом городской думы, что уже само по себе являлось как бы кредитом доверия, полученным от граждан. Но если вспомнить, то Колдин был, пожалуй, самым тихим и самым незаметным депутатом. Это кстати, одна из черт его характера. Сослуживцы отмечают эту его особенность - Колдин обычно старался решать проблемы, используя людей, при этом сам оставался в тени. Что же касается его депутатства в городской думе, то по слухам, там он оказался исключительно благодаря финансовой поддержке одного из саратовских олигархов. Ну, и соответственно, оказавшись там, отрабатывал, как мы полагаем, определенный политический и экономический заказ.

Потом этот всем хорошо известный олигарх покинул Саратов. Без поддержки оказался и Колдин. Вот с тех пор писание жалоб для пенсионера Колдина стало, так скажем, второй, если не первой профессией. Есть некоторые основание предполагать, что олигарх, находясь за пределами Саратова, продолжает «дергать за ниточки» Колдина. Например, недавно прошла информация, что на участие в конкурсе на пост сити-менеджера мог претендовать Колдин. Не думаем, что эта информация появилась просто так. Кому-то очень хочется создавать напряженность в политической         обстановке, а отставной полковник становится в очередной раз очень удобным инструментом в этих интригах. Уместны ли интриги, когда политическая и экономическая обстановка достаточно непростая? Это уже, извините, попахивает экстремизмом. Понимает ли это отставной полковник?

Вообще, если мы посмотрим основные этапы служебной карьеры Колдина, то заметим одну четкую закономерность: где бы ни работал и служил этот человек, везде и всем он был недоволен и писал жалобы.

Работая оперуполномоченным в Саратовском аэропорту, как рассказывают его бывшие сослуживцы, он регулярно жаловался и «стучал» на свое руководство.

Не изменился стиль работы и в РУБОПе. После серии доносов руководству УВД, как рассказывают бывшие сослуживцы Владимира Колдина, несколько сотрудников РУБОПа были арестованы, а сам начальник РУБОПа, полковник Владимир Еремкин, не выдержав гонений и проверок, застрелился в своем рабочем кабинете. В результате выяснилось, что донос не имел под собою достаточных оснований, потому что сотрудники РУБОПа были оправданы и вина их большей частью доказана в суде не была. Тоже самое, и с самоубийством Еремкина. Большинство его сослуживцев до сих пор так и считают, что он не покончил с собою, а был убит.

Владимир Колдин продолжил двигаться по протоптанной стезе жалоб и после ухода со службы в СОБРе - уже в Школе милиции. Там объектом его жалоб стал добродушный начальник школы Синюков. Некоторые знающие люди рассказывали, что подоплека тех жалоб в отношении Синюкова крылась в личных неприязненных отношениях между Колдиным и Синюковым.

В 1994 году, когда начались боевые действия в Чеченской республике, из Саратова в свою первую боевую командировку уехали бойцы СОБРа. Начальник СОБРа Владимир Колдин остался в Саратове.

Ни в тот раз, ни в позже, Колдин в Чечню не ездил.

Он выбрал то, что ближе ему по духу и по характеру. То, что он всегда и всю жизнь делал. Писал жалобы и доносы.

HEADER  

+1 #1
Правда 08 Январь 2014
Серёжа! Ты жёлтенький мерзенький карлик. Ничем не лучше Ахтырки! :)

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наверх