Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 366
Menu

Гибель начальника РУБОП и Колдин

Владимир Колдин, бывший руководитель СОБРа Приволжского РУБОПа и бывший депутат Саратовской городской думы, позиционирует себя сегодня как правозащитник.

Так ли это? Чьи интересы Колдин, на самом деле, защищает и всегда защищал?

Те, кто знаком с некоторыми подробностями отдельных эпизодов биографии этого человека, разумеется, никаким правозащитником его и близко не считают. Даже наоборот.

Многие из тех, кто работал с Колдиным, до сих пор дают самую нелицеприятную оценку его личных и деловых качеств, и говорят о нем, как о человеке, который во главу угла ставил всегда свои карьерные интересы. Способ продвижения по карьерной лестнице, был старинным, как мир - «подсидеть» любым способом коллег по работе, и самое главное, «подсидеть» начальника. Для достижения этого, как мы полагаем, Колдин использовал негласно собранную им же информацию о своих коллегах. Информация уходила затем в нужное место и нужным людям, а Колдин оставался в стороне.

Еще на заре своей карьеры, Колдин, работая оперативным сотрудником в аэропорту Саратова, а затем там же заместителем начальника, как рассказывают его бывшие коллеги, так и действовал: «стучал» на начальство. За что, не скрывая своего отношения к нему, товарищи по работе его откровенно и не любили.

Те, кто работал с ним в то время, вспоминают такой характерный случай. Когда Колдин решил вступить в члены КПСС, то узнав об этом, сотрудники отдела милиции, почти все как один, а это было несколько человек, тоже подали заявления о вступлении в КПСС. Смысл такого поступка был в одном - «зарубить» Колдина, чтобы его кандидатура в общей массе поданных заявлений не прошла. Но в КПСС его все-таки приняли, но тот факт красноречиво свидетельствует, до какой степени его не уважали коллеги. Не уважать было, как вспоминают за что - чуть ли не ежедневно Колдин бегал к начальству аэропорта и докладывал буквально о каждом шаге своего руководства, о том, что происходило в отделе. Рассказывают, что благодаря таким усилиям, Колдину удалось добиться смены двух руководителей отдела - Горшкова и Тимошенко. Когда был уволен Горшков, Колдин надеялся, что поставят его. Но не прошло, и начальником поставили Тимошенко. Естественно, что все свои усилия Колдин после этого сосредоточил уже на новом начальнике Тимошенко, который тоже, со временем, вынужден был уйти.

Как вспоминают, такие же методы работы были и в РУБОПе. Колдин собирал не только оперативную информацию по членам ОПГ, но и по своим же, сотрудникам, с кем работал.

Полагаем, что такая «активная» работа Колдина среди своих коллег и привела в 1995 году к самоубийству начальника РУБОП Еремкина.

Морально-психологический климат в РУБОПе тогда был достаточно напряженным. Внутри РУБОП присутствовало негласное противоборство между составом самого РУБОП и между подразделением СОБР, которым руководил Колдин. С одной стороны - Еремкин, начальник над Колдиным, с другой стороны - СОБР, имел практически полную независимость от Еремкина и действовавший автономно. Плюс ко всему, в такую силовую структуру как СОБРа были введены оперативные сотрудники.

Между Колдиным и Еремкиным было негласное противостояние, борьба за лидерство. Итог той внутренней борьбы стал для полковника Еремкина трагическим, и он покончил жизнь самоубийством.

Официально, считается, что начальник Приволжского РУБОП Владимир Еремкин покончил жизнь самоубийством.

Однако, что и кто подтолкнул руководителя одного из лучших в России подразделений по борьбе с организованной преступностью пойти на такой шаг и добровольно уйти из жизни?

По одной из версии, на самоубийство Еремкина подтолкнули действия его бывшего подчиненного – Владимира Колдина.

Когда Колдин уже собирался уходить из РУБОПа, то по одной из версий, он «слил» информацию и по Еремкину и по некоторым другим сотрудникам РУБОПа бывшему руководству УВД области и прокурору области. Что так и было, можно понять и из предсмертной записки Еремкина:

"В последние несколько месяцев этого года проведена серия негативных публикаций с передергиванием фактов с целью скомпрометировать деятельность РУОП... Кампания по дискредитации РУБОП имеет целенаправленный характер, находит отражение в политической борьбе за власть в области….

Создается впечатление и есть основания полагать, что все это в конечном результате является социальным заказом криминальных структур... Я готов уйти».

Записка на пяти страницах была найдена в открытом сейфе полковника Еремкина.

Тем, кто по словам покойного, развязал против него травлю, активно помог именно он, Колдин.

Именно в то время в МВД существовала группа высокопоставленных офицеров, которые считали, что Главное управление по борьбе с организованной преступностью необходимо упразднить, а региональные структуры переподчинить областным управлениям. Эта точка зрения совпадала с желанием местных властей избавиться от неподконтрольной структуры.

Обладая полной самостоятельностью, и большими техническими возможностями, управления на местах стали не только проникать в мир организованной преступности, но и получать информацию о криминальной деятельности государственных чиновников самого разного уровня.

Поэтому, в регионах началась в те годы жестокая борьба между отделениями РУБОП и УВД. Видимо, почувствовав конъюнктуру, Колдин встал на сторону УВД, и явился при этом, как мы полагаем, бесценным информатором.

Как рассказывают, именно в результате большой активности Колдина и возникло уголовное дело в отношении ряда сотрудников РУБОПа.

Начальник РУБОПа Владимир Еремкин, полагая, что его тоже могут арестовать, застрелился в своем рабочем кабинете.

А несколько сотрудников РУБОПа, вскоре после его самоубийства, были арестованы. Дело дошло до суда, и Волжским судом Саратова в 1996 году был вынесен приговор в отношении четырех сотрудников РУБОПа, которые обвинялись в мошенничестве, подлоге и злоупотреблении служебным положением.

Но… в суде большинство обвинений с рубоповцев было снято. Один из них получил условный срок, другой попал под амнистию, а еще двое были полностью оправданы. Из этого можно сделать вывод, что информация, которую, как мы полагаем «сливал» Колдин, в отношении этих сотрудников, и Еремкина, не была подкреплена фактами.

Однако, вскоре после этих событий, и не без активного участия Колдина, РУБОП был расформирован.

Когда коллеги по работе приехали на родину Еремкина в Казань, чтобы там его похоронить, они имели долгую беседу со священнослужителем. Дали ему почитать копию предсмертной записки Еремкина.

Священнослужитель прочитал записку и сказал: «Да, теперь я понимаю, что его убили…».

И полковника Еремкина похоронили как православного, сложившего голову на поле боя.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наверх