Menu

За что собираются судить тренера Никитину?

Многие из нас помнят ту историю, которая произошла в детском оздоровительном лагере «Солнышко» 9 июня 2012 года. Мальчик повис на футбольных воротах, они упали и придавили его. С тяжалейшей травмой в области живота мальчик был доставлен в больницу, где врачи несколько часов боролись за его жизнь, и одиннадцатилетнего Артема Митрошина спасли.

Как водится в таких случаях, был большой «разбор полетов». Искали виновников случившегося.

Следственный комитет возбудил уголовное дело по статье «халатность». Казалось, была очевидна вина руководителей лагеря. Кто, как не они должны отвечать за безопасность и здоровье детей?

Однако, признаков той самой «халатности» в действиях руководителей Михаила Аверьянова и Елены Шахминой следователи не нашли, и как потом было официально объявлено, потому что в их обязанности "не входило обеспечение ограничения доступа детей в отсутствие воспитателей на универсальную спортплощадку и проверка спортинвентаря на предмет безопасности спортивных занятий".

И тогда дело было переквалифицировано на статью УК РФ «о причинении тяжкого вреда здоровью по неосторожности», и было передано сотрудникам отдела МВД РФ «Саратовский». И нашли виновного. Им, по версии дознавателя, стала тренер по легкой атлетике Людмила Никитина.

В середине октября Никитиной было предъявлено обвинение, поскольку именно тренер, по версии дознавателя, напрямую отвечала за безопасность детей именно в тот роковой день.

Если обрушится кровля крытого стадиона на спортсменов, кто будет виноват? Тренер, а не директор стадиона и его строители?

Если падают ворота на спортплощадке, кто будет виноват? Тренер, а не те, кто их устанавливал на площадке, и не директор лагеря, который обязан отвечать за состояние всех технических и спортивных объектов на территории лагеря?

По версии следствия - да. Старший дознаватель ОД МО МВД РФ «Саратовский» Саратовской области старший лейтенант полиции Т.А. Семина 25 октября 2012 года подписала Обвинительный акт по обвинению Никитиной Л.А. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 118 УК РФ. По мнению старшего лейтенанта полиции, вина Никитиной доказана.

На имя прокурора Саратовской области и прокуратуры Саратовского района неоднократно направлялись жалобы и ходатайства на действия дознавателя Семиной. Однако, дело все-таки доведено до суда, и тренеру Никитиной предъявлено обвинение. Уголовное дело направлено мировому судье судебного участка № 2 Саратовского района Саратовской области Дементьевой.

Скоро состоится суд и он решит, была ли на самом деле вина тренера в том, что случилось в тот солнечный и жаркий день в лагере «Солнышко».

А пока познакомимся с результатами обвинительного акта- какие факты и какие свидетельства вины тренера Никитиной предъявила дознаватель Семина?

Что говорит сам потерпевший, Артем Митрошин?

На допросе в качестве потерпевшего, Артем пояснил, что «с 2011 года занимается в секции легкой атлетики у тренера Никитиной Л.А. По прибытию в лагерь они стали расселяться по домикам. Он разложил свои вещи с друзьями, и, сказав Никитиной, что пошли гулять, взял с собой футбольный мяч. С друзьями он пришел к спортивной площадке, которая была огорожена забором из сетки-рабицы, в котором была калитка. Дверь на калитке была не заперта, навесной замок был просто перекинут через одно из звеньев сетки- рабицы. Они прошли на площадку и стали играть в футбол. В какой-то момент он повис на футбольных воротах. Стал раскачиваться, ворота закачались, он испугался, отпрыгнул от них назад, но ворота упали на него, верхняя перекладина упала ему на живот и придавила его. Он почувствовал боль, находился в сознании, но позвать на помощь не мог. Друзья - Котюхов и Павлов увидели, что с ним случилось, вдвоем подняли ворота. Ворота были очень тяжелые, так что ребята смогли их только приподнять, а он из-под них вылез. Мальчики позвали на помощь воспитателей и врачей. Ему оказали первую помощь, затем ему стало плохо…

Никитина приняла решение везти его навстречу «Скорой помощи», которую к тому времени уже вызвали, потому что Никитина боялась, что они потеряют время, ожидая «Скорую». В машине он был в сознании. Его привезли в больницу, сделали две операции. Примерно три недели он находился в реанимации, после чего был переведен в общую палату».

В тот день, а это было 6 июня, в лагерь привезла сына Артема его мама- Юлия Радзивилова. Потом, в 12 часов 22 минуты Артем позвонил маме и сказал, что идет играть с ребятами в футбол. Мама спросила, предупредил ли он об этом тренера, на что сын ответил, что да, предупредил.

Прошло немного времени, и Радзивилова обнаружила на своем телефоне 4 пропущенных вызова от тренера Никитиной. Перезвонила…и жизнь с той секунды на многие месяцы для нее стала совсем другой. Тренер ей сообщила, что на Артема упали ворота и что его доставили в 3-ю Советскую больницу.

На допросе в качестве свидетеля, по поводу случившегося, зафиксированы следующие показания Никитиной:

«По приезду в лагерь, родители детей, которые сопровождали их, уехали, а они стали заселяться в домики. По приезду она не пошла в администрацию лагеря, она не видела директора, а увидела только Шахмину Е., которая показала ей домики, в которых они поселятся с детьми, но не говорила ей, что нужно пойти в администрацию…

Она стала раскладывать вещи в домике, а дети пошли гулять по территории, общались. Она видела, как примерно в 12.00 Митрошин А., Павлов С. и Котюхов М. взяли футбольный мяч, и вышли из домика. Она сказала им, чтобы те не отходили далеко от домика, чтобы играли рядом. Примерно в 12 ч. 40 мин. она стала собирать детей на обед и увидела, что троих вышеперечисленных ребят нет рядом с домиками, стала их искать. Она побежала к дебаркадеру, где часто собираются дети - думала, что они там. Навстречу ей бежал Павлов и кричал, что на Артема упали ворота. В 12 ч. 50 мин. она побежала на спортивную площадку, увидела Артема, который сидел на спортивной трибуне. Он был сильно бледный, жаловался на сильную боль в животе. Она увидела, что дальние от калитки футбольные ворота опрокинулись вперед. Она поняла, что с ним случилось что-то серьезное, и побежала в столовую, так как знала, что в обеденное время там собираются, и она сможет застать там медсестру. Она смогла найти Шахмину Е., попросила вызвать «Скорую» и сразу вернулась к Артему. Она взяла его на руки и перенесла в тень, так как на солнце было слишком жарко. Тут же подоспели сотрудники медпункта, велели положить Артема на землю и стали оказывать ему помощь. Она приняла решение не терять времени зря и везти Артема на личном автомобиле навстречу «Скорой». С Артемом на заднем сиденье находилась медсестра. В районе 6-го квартала они встретились со «Скорой», и она передала Артема врачам, а сама поехала следом за «Скорой». Артема доставили в 3-ю Советскую больницу, где он был прооперирован».

На допросе в качестве свидетеля, мама Артема Радзивилова сообщила, что тренер Никитина «после произошедшего помогает ей ухаживать за сыном, считает, что Никитина спасла сыну жизнь, так как если бы она не приняла решение везти мальчика в больницу на личной машине на встречу «Скорой помощи», то врачи могли бы не успеть».

Мальчика выписали из больницы 4 сентября 2012 года. Сейчас он находится под постоянным наблюдением врачей.

Когда Артем еще находился в реанимации, мама приняла решение окрестить сына по православному обычаю. Стать крестной матерью она попросила тренера Никитину, а крестным отцом - директора Аверьянова. Эти люди не остались безучастны к судьбе мальчика- оказывали и продолжают оказывать помощь. Сама Юлия Радзивилова считает, что во всем случившемся вины ни Никитиной, ни Аверьянова нет.

У дознавателя Семиной, однако, нашлись иные аргументы, и доказательства вины Никитиной основаны в основном, на показаниях двух свидетелей, которые на наш взгляд, должны в первую очередь нести ответственность за случившееся. Но так не произошло. «Стрелочником» стала Заслуженный мастер спорта и тренер Никитина.

Основным аргументом дознания стала инструкция № 5 «О правилах пребывания детей на территории МАОУ ДОД «Детский оздоровительно-образовательный спортивный центр», согласно которой воспитатель обязан отвечать за жизнь и здоровье детей…сопровождать детей на все мероприятия». В деле есть копия этого документа, где стоит подпись тренера Никитиной.

Но вот здесь как раз возникают вопросы. Никитиной на допросе следователем на обозрение была предоставлена должностная инструкция воспитателя, а также лист ознакомления, на котором стояла ее подпись. Никитина признала, что это ее должностные инструкции, но сказала, что в день принятия на работу ее с этой инструкцией никто не знакомил. Она сказала, что действительно, «в листе ознакомления стоит ее подпись, и дата 09.06 2012г. Но данную подпись она поставила после того, как произошел несчастный случай. Эту подпись она поставила 09.06.2012 г. около 21.00 ч. В то же время, инструктажа по технике безопасности с ней никто не проводил, с инструкцией о поведении на территории лагеря, перечисленными в ее должностной инструкции, ее не знакомили».

Совсем другое, говорили на допросах директор лагеря Шахмина и главный инженер Бугаев. Они говорили, что Никитина знакомилась с приказами и инструкциями в период с 8 утра и до 10 утра, когда инструктировали ряд работников.

Кому поверит суд и как оценит эти показания? Насколько мы понимаем, это единственный формальный аргумент, который может говорить не в пользу Никитиной. Раз подписала инструкцию, значит, должна была следовать ее пунктам. Если отступила, значит, виновата. Насколько дознаватель тщательно исследовал этот факт? Чем еще, кроме показаний Шахминой и Бугаева, лиц явно заинтересованных, в том, чтобы вина за случившееся была предъявлена кому угодно, но только не им, руководителям лагеря, подтвержден факт того, что Никитина, якобы подписала еще утром документы? В деле таких документов нет. Поэтому, предполагаем, что суд может отнестись критически к показаниям и Шахминой, и Бугаева.

Но и это не самое главное в этой истории. Главный вопрос: «В чем конкретно вина тренера? Тот ли это человек, который обязан в силу должностных инструкций отвечать именно за техническое состояние инвентаря в лагере?».

Ответ очевиден, что конечно, это совсем не тот человек. Никитина - спортивный тренер и отвечает за тренерскую работу, за спортивную подготовку ребят. И никак уж тренер Никитина в силу своей квалификации, не может отвечать за техническое состояние спортивного инвентаря. А ведь причина падения ворот в том и заключалась - они не были закреплены, а значит, находились в технически неисправном состоянии. Даже если предположить, что Никитина находилась в тот момент с ребятами, как бы она смогла предотвратить падение ворот? Однако, почему дознаватель Семина именно в действиях тренера, а не других лиц, усмотрела «ненадлежащее исполнение своих профессиональных обязанностей», если профессиональные обязанности тренера по легкой атлетике - воспитание спортсменов, а не техническое содержание спортивного инвентаря.

Общественное мнение, родители детей, а самое главное, мать потерпевшего и сам мальчик, на стороне тренера.

Написаны заявления и жалобы с многочисленными просьбами и ходатайствами в защиту Никитиной.

Люди переживают искренне за Людмилу Никитину, мать двоих детей и очень надеются, что суд вынесет справедливое решение, и что тренер сможет вернуться к своей работе, которой посвятила большую часть своей жизни…

Сергей Михайлов

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Наверх